Пять невест ректора  - Александра Черчень

В конце концов, ты даже великодушно не станешь пользоваться разрешением и прикладываться рукой к физиономии сиятельного упыря.

Я с тихим хлопком опустила на стол бумаги, а после сказала:

– У меня есть вопрос.

– Внезапно, – спустя несколько секунд откликнулся упырь, вернув бровь на прежнее место. Но ироничное выражение лица все равно почему-то раздражало неимоверно! – И что же вы хотели спросить, милая Фейниэль?

Святые Деревья, ну зачем он так меня назвал? Весь настрой сбил.

– Я хотела напомнить про манипуляции.

– Какие манипуляции? – живо заинтересовался красноглазый, подаваясь вперед с таким участливым видом, что я сразу поняла – издевается!

– Ваши, – четко ответила я.

А мысленно уже провалилась сквозь пол от стыда минимум на два этажа. Почему с ним не получается разговаривать нормально?! Холодно, сдержанно и тому подобные прелести. Почему, наконец, у меня в принципе отказывают мозги в его присутствии?!

– Мои? Кажется что-то припоминаю, – решил сжалиться Сибэль, но почти сразу коварно сверкнул багровыми глазами и добавил. – Но понимаешь ли, Фэй, годы не прошли бесследно и лежание в гробу оставило свой пагубный отпечаток на памяти.

На чувстве юмора они оставили пагубный отпечаток… да что отпечаток – деформировали до неузнаваемости!

Я выпрямилась, скрестила руки на груди и, поджав губы, сухо сказала:

– Несколько дней назад, когда вы всеми правдами и неправдами заставили вас поцеловать на практикуме по Соблазнению, который ВНЕЗАПНО поставили на выходной день. Плюс, тогда же вы упомянули про манипуляции и сообщили, что после непременно мне все расскажете. Также заранее дали амнистию на то, чтобы разок дать вам по морде. И если честно, то чем дальше, тем больше мне хочется воспользоваться этим щедрым предложением. Как известно боги любят троицу…

Упырь внимательно посмотрел на меня. А после взял и встал!

Когда Король Нежити, неторопливо обходя стол, двинулся в мою сторону, я осознала, что диалог вышел за комфортные для меня рамки, а потом быстро огляделась и увидела стоящий у окна маленький, круглый столик. На столике графин с водой и пара стаканов на серебрянном подносе.

Два шага, и вот нас с упырем уже разделяет столик, и я с самым невинным видом наливаю себе водички.

Сибэль встал по ту сторону. Оценивающе посмотрел на меня, а после сделал мя-я-я-ягкий, плавный шаг вправо. Я отзеркалила его, отступив влево.

– В горле пересохло? – протянул некроэльф, как-то очень коварно улыбаясь. – Правильно, от наглости часто такое случается.

Я даже водой подавилась.

От моей наглости?! Вот это непрошибаемость!

Расправив плечи, я спокойно ответила:

– Поверю на слово. Как понимаю, вам тоже налить, за этим и подошли?

– А давай, – внезапно развеселился Король Нежити.

У меня дрожали руки. Едва заметно, возможно этот предательский признак волнения не смог бы различить человеческий глаз, но мы же эльфы. Я видела. Он видел. Но молчал.

К счастью, окончательно рухнуть на уровень плинтуса и разлить воду мне не случилось, потому я с тихим выдохом облегчения поставила графин обратно и передала бокал мужчине.

Солнечный луч плясал по хрустальным граням, искрой отразился от гладких, хищных когтей, что почему-то очень естественно смотрелись на руках этого эльфа.

Хищник. Опасный. Красивый.

Хочу, чтобы стал мой.

Но не знаю, что буду после этого делать.

Когда наши пальцы соприкоснулись, по коже словно пробежали искры, лаская нервные окончания приятной щекоткой. Я не отдернула руку, хотя и очень хотелось, а в красном взгляде Сибэля появилось какое-то новое выражение.

Интерес сменился жаждой.

– Вопрос, – невозмутимо напомнила я и сделала глоток чистой, какой-то невероятно вкусной в этот момент воды.

Она взрывалась свежестью на рецепторах языка и словно пробегалась по оголенным нервам неба.

Вот что адреналин животворящий с эльфийками делает!

– Манипуляция – мне нужно было, чтобы ты меня поцеловала, – спокойно ответил некроэльф. Так уверенно, невозмутимо… словно его совершенно не тронуло случившееся!

– Зачем?

– Ты знаешь. Активатор и нужно было проверить – сработает ли.

– Почему я?! Тут еще четыре девицы, которые жаждут с вами целоваться!

– Фан-клуб, я помню. Но позволять это делать суккубе я не захотел, а остальные… впрочем, зачем перебирать и обосновывать отказ от каждой? Мне захотелось тебя.

Святые деревья, дайте сил! Звучит-то как…

– Как понимаю, манипуляции были завязаны именно на этом?

– Я не мог не провести тестирование новых возможностей.

Он это сказал так спокойно, так нейтрально… словно не о страстном поцелуе, а о новом заклинании!

На какой-то миг стало даже обидно. Так обидно, что захотелось таки воспользоваться любезно выданным разрешением на членовредительство.

Лишил покоя, самообладания, и хоть бы что.

Судя по улыбочке эльфа, он прекрасно понял, какие именно эмоции меня обуревают, и участливо спросил:

– Ручки чешутся, да? Я предвидел.

Я одарила мужчину высокомерным взглядом. Хотя ладно, будем честны – я попыталась одарить его высокомерным взглядом! Не выдержала почти сразу и покраснела, так как играть в гляделки с Королём Нежити мне, по всей видимости, было ещё очень рано.

Он внезапно рассмеялся и, запустив руку в волосы, вдруг сказал:

– Женщина, ты прекрасна в своей непосредственности. Хотя… ещё не женщина.

Это многозначительное уточнение воскресило чувство дикого стыда и неловкости, и теперь я мысленно провалилась не то что на пару этажей вниз, а в подвал. Прямо в Темное и Страшное Подземелье, которое по слухам располагалось где-то в административном корпусе Академии Триединства.

В этот момент упырь коварно сделал шаг вперёд и оказался рядом со мной. Задумчиво осмотрел лицо, пропустил меж пальцев прядь волос и с не менее глубокомысленным видом взял, и поцеловал меня… в лоб.

– Нежная.

– Спасибо, – ошеломленно выдала я в ответ.

– Пожалуйста, – невозмутимо отозвался Сибэль и забрал стакан из моих ослабевших рук. Поставил на стол и мягко сказал: – Иди, Фэй. Твой рабочий день на сегодня закончен. Вечером я за тобой зайду.

– Зачем? – почему-то шепотом спросила я.

– У нас будет свидание.

Сказав эту феноменальную новость, упырь поцеловал меня в лобик еще раз и, развернувшись, скрылся в открытом портале.

Мое внутреннее «Я» бегало по совершенно пустой голове и пыталось паниковать.